Православные молитвы

Старец Афанасий из Григориатской обители

Свет духовный (продолжение 2)


5. Прозорливость.
Отец Софроний был лишь одним из тех, кто познал прозорливость старца Афанасия. Следующие свидетельства также подтверждают духовную силу этого святого человека.
Монахи Святой Горы рвением своим часто уподобляются пламенному рвению ветхозаветного пророка Илии ("ревнуя поревновах по Господе Бозе" (3 Цар. 19,14)). В трудные времена, когда вера и традиции православные подвергались серьезным испытаниям, Гора Афон выдвигала своих воинов Христовых, исповедников и мучеников. Но при этом — должно знать — бывало, когда рвение некоторых монахов Святой Горы бывало не по разуму, соединенное, возможно, с неопытностью, духовной пылкостью и недостатком понимания, что причиняло серьезный вред и отдельным душам, и целым общинам. В Библии сказана "не уклонися ни на десно, ни на лево, да смыслиши во Bсех, аже твориши" (Нав. 1,7). Отец Е., насельник Григориата, охваченный рвением не по разуму, решил покинуть монастырь Поводом для того послужил вопрос о реформе календаря и визит в монастырь в связи с этим некоего епископа-новостильника, и совершение тем Литургии. И вот ночью отец Е., ничего никому не сказав, собрал свои вещи, спустился из окна по веревке и оказался за монастырскими стенами. Но тут сообразил, что забыл в келье нечто для себя важное — молитвослов, без которого обойтись не мог. Тогда он спрятался в кустах повыше входа в монастырь и стал ждать, когда на рассвете откроют врата: книгу нужно было забрать обязательно.
В обычное время врата открылись, и некоторые отцы вышли на послушания. Отец Е. видел всех, оставаясь незамеченным. Следом вышел и отец Игумен. Медленно и уверенно он направился в сторону спрятавшегося монаха. Подойдя прямо к тому месту, над которым сидел монах, остановился, повернулся к нему и сказал, немного повысив голос: "Отец Е., спускайся вниз. Быстро спускайся!"
Отец Е. онемел, ошеломленный, сконфуженный и пристыженный. Он спустился, даже не пытаясь возражать. Он видел неотмирный дар Старца и в раскаянии вернулся в свою келью.

Прозорливость отца Афанасия бывала являема в свое время. Господь знает, когда, в каких обстоятельствах и кому необходима Его помощь. В каждом случае есть своя цель, которая, помимо прочего, укрепляет страждущего, подбадривает его, возжигает в нем неотмирные устремления. Следующие два случая хорошо это иллюстрируют.
Молодой студент-медик по имени Панагиотис Мигас (позднее настоятель архимандрит Виссарион) оставил своих родных, свои занятия, весь мир и направил корабль души своей в гавань Горы Афон. Точнее, направился в Григориатскую обитель. И вот шел он по вымощенной дорожке, ведущей к монастырским вратам. Перед ним появился почтенного вида монах, который пристально посмотрел на него. Конечно, он не знал, что это был сам игумен Афанасий, никогда прежде они не виделись. Когда молодой человек подошел поближе, отец Афанасий сердечно поприветствовал его, будто старого знакомого: "Добро пожаловать, Панагиотис! Добро пожаловать в наш монастырь, чадо. Хорошо, что ты пришел".
Юный Панагиотис никогда прежде не встречал прозорливых людей, и случай этот взволновал его глубоко. Священный трепет охватил все его существо. Как бы восторженно он прежде ни думал о монашестве, сейчас видел воочию свои мечты. И если перед этим еще мучили некоторые сомнения и сожаления о покинутом мире, то теперь в душе воцарились покой и отрада. Неотмирным знамением Сам Бог удостоверил Панагиотиса в правильности его решения. Он был счастлив, что сменил жизнь в развращенном миру на благочестное и возвышенное житие монаха.
Один Старец из Керасии (расположенной на афонском склоне над Кавсокаливией) послал ученика своего, отца Симеона, в Григориат взять немного просфор для совершения Божественной литургии.
Это была единственная цель для ученика. Однако Господь уготовил нечто знаменательное: Он благоизволил приоткрыть для того окно мира благодати, показать, что самопожертвование монахов не останется без даров Небесных.
Поднимаясь из гавани в монастырь, отец Симеон думал о том, что ему предстояло сделать. Сначала нужно было найти отца Игумена, сказать о просьбе Старца своего, затем, получив благословение, найти монаха, выпекавшего просфоры, и взять у него необходимое количество. Вот и весь нехитрый план. Но вышло все по-иному.
Пред монастырскими вратами монах из Керасии встретил неожиданно самого Игумена, державшего что-то в руках. И сказал отец Игумен: "Возьми это, чадо! Это просфоры, за которыми послал тебя Старец".
Отец Симеон от изумления лишился дара речи. Он столкнулся с непостижимым! Он понял ясно, что Афон до сих пор взращивает святых, исполненных света Божественного. На обратном пути к своему Старцу, таинственное и благодатное происходило в душе его. Случай этот стал в книге его жизни золотой страницей. Он часто вспоминал этот день с радостью и восторгом о Христе.