Православные молитвы

Старец Игнатий

Гавань спасения (окончание)


5. Странная болезнь.
Печально, но многие греки, оказавшись за пределами своей страны, по нерадению своему оказываются жертвами антихристианских идей и ересей, теряя бесценное сокровище Православия. Так случилось и с человеком по имени Ангелис Киуса.
Он из Лиона Фивского, со своей родины, отправился в далекую Америку, надеясь преуспеть там. Человек умный и предприимчивый, сумел достичь не только профессионального успеха, но и очень разбогател.
Когда исполнилось сорок лет, захотелось ему чего-нибудь новенького. Ослепленный своим богатством, полный высокомерия, запутался он в сетях секты сатанистов. Душа его была так отравлена, что он даже на специальной церемонии отрекся от христианства и осквернил иконы Господа и Его Матери. Такие злодеяния совершали и другие люди, и с ними ничего не было.
Бог долго терпит, но скоро приходит. Так произошло в случае с Ангелисом: кара пала на голову его, когда он выходил из комнаты, где совершилось отвратительной действо. Внезапно его поразило сумасшествие.
"Богач Ангелис заболел, — пополз слух среди греков-эмигрантов. — Он не понимает, что говорит и что делает, у него с головой не в порядке".
У братьев его появилась обязанность не из приятных — ходить по докторам, от психиатра к психиатру. Хорошо еще, что они могли позволить себе много на это тратить. Его осматривали самые известные врачи, давали лучшие лекарства, лечили в самых современных клиниках, но результата не было. Некоторые доктора стали говорить уже: "Это странная болезнь! Здесь что-то не так Небывалый случай! Что же делать?"
Родители его начали думать, что болезнь его — это нечто не связанное с медициной. Они напомнили ему о вере, им отверженной, и привезли обратно на родину, чтобы здесь прибегнуть к помощи Церкви и ее иереев. Место таблеток заняла молитва на изгнание бесов святителя Василия Великого. Этот новый курс лечения привел, наконец, больного на Святую Гору.
"Не повезти ли его на Святую Гору, чтобы какой-либо святой монах мог помолиться за него?" — говорили знакомые.
Это предложение было незамедлительно принято, и Ангелис с братьями приехал в Новый скит, где у них были знакомые.
Некоторое время тому назад в Новом скиту мы встретили одного монаха, который принимал их тогда в своей каливе, — отца Евстратия, агиографа. Когда мы стали расспрашивать его, он нам подробно все рассказал. Он описал нам, как проявлялось сумасшествие одержимого. Тот, бывало, носил с собой четыре-пять мячиков, размером с апельсины, и забавлялся, бросая их один за одним в воздух, сильно и быстро. Затем ловил их и снова подбрасывал. Ни один мячик не падал. Самые искусные жонглеры позавидовали бы.
Одержимых терзают разные бесы. Некоторые из них полдневные, другие ночные, еще некие действуют раз в месяц... Одни глухие и немые, другие болтают без умолку и т. д. Демона Ангелиса можно охарактеризовать как "вредящего разуму, "повреждающего его" и как "болтливого". Под влиянием его несчастный непрестанно болтал, говорил сам с собой, перескакивал с предмета на предмет. Язык его не знал отдыха.
Отцы Нового скита упорно трудились над изгнанием беса, но безуспешно. Бес был силен — "ярем желзен на выю" (Втор. 28, 48). И решили они обратиться к какому-либо старцу, который был бы о Господе "силен в брани" (Пс. 23,8). Таким старцем был отец Игнатий, многих исцеливший от одержания бесовского.
Итак, Ангелиса привели в Катонакию, где встретил его отец Игнатий, и они стали готовиться к сражению. Отец Игнатий видел, что потребуется много усилий для изгнания злого духа. Его ученик, носивший то же имя, должен был помогать ему во время Литургий и отчитки. Они должны были поститься сорок дней, ежедневно совершать Божественную литургию, молиться об изгнании бесов и просить Господа о помиловании. Ангелис, как велел ему отец Игнатий, должен был исповедоваться ежедневно, рассказывая самые тайные мысли свои — все, что скажет ему диавол.
Та труднейшая брань продолжалась тридцать девять дней, и на сороковой день страдалец вздохнул с облегчением. Цепи, которыми он был так долго скован, наконец спали. Невозможно описать радость его. Счастливый, он вернулся к себе на родину, а потом в Америку, где уже в здравом уме продолжил жизнь свою. И никогда не забывал Святую Гору и почтенного старца Игнатия, освободившего его от власти бесовской.
6. Монах, впавший в одержимость чрез гордость свою.
Старец Силуан Афонский (1866 — 1938), познавший милостью Духа Святого небесную сладость смирения, писал: "О, богоугодное смирение! Сладки плоды твои, ибо они не от мира сего... О, смиренная душа! Ты, как цветущий сад, в глубине которого есть дивные уголки, которые любит посещать Господь".
В нижеследующем рассказе мы не будем прямо говорить о смирении, так как речь будет не о смиренном монахе. Наоборот, расскажем о монахе Иларионе, которым овладел дух гордости.
Но величие смирения, таким образом, будет показано с обратной стороны.
Случай этот произошел в Катонакии в 1914 году в каливе Рождества Христова, где подвизался Макарий, немного пониже каливы старца Игнатия. В те дни в общине старца Макария было много работа: отцы надстраивали над каливой своей второй этаж. Работа продвинулась уже далеко, сооружалась крыша.
"Чада мои, — сказал Старец, — слава Богу, все идет хорошо. Сейчас нам нужно поднять наверх доски. Будьте осторожны, доски тяжелые. Давайте наберемся терпения, будем заносить наверх по одной доске. Не торопитесь".
Все стали носить доски. Отец Иларион, самый младший в общине, не мог спокойно носить по одной доске. Молодой, сильный, он брал сразу по три.
"Отец Иларион, — сказали ему братия, — доски тяжелые. Не бери так много — надорвешься".
Он не послушал их совета. "Пусть за собой следят, — сказал сам себе. — Я знаю, сколько могу унести".
Увидел это и Старец и увещевал его, но монах не обратил и на это внимания. Своим поведением, недопустимым для послушника, он расстроил Старца. Это был пример дьявольской гордости и непослушания.
Согласно монашеским правилам, суровое наказание ожидало послушника, обидевшего своего Старца. Время наказания для Илариона приблизилось. Гордый монах, желавший поступать своевольно, поднялся в очередной раз на крышу каливы с тремя досками на плече. Как только положил их, ему сразу был нанесен удар — он подпал под власть бесовскую, стал одержим бесом. И каким страшным, ужасным бесом! Ярость его всполошила всю округу. Отвратительные слова вылетали изо рта его, его действия ужасали всех.
"Что случилось? В чем дело?" — спрашивали встревоженные отцы из соседних калив.
"Послушник старца Макария, Иларион, впал в одержимость! Иларион одержимый! Внутри него злой бес. Бог его наказал".
Отцу Игнатию немедленно сообщили о случившемся. Опытный в таких делах, он знал, что предстоит тяжелая брань, чтобы изгнать этого беса. Он сразу же сказал, чтобы несколько отцов иеромонахов собрались в каливе Рождества, чтобы объединить молитвы и совершить таинство святого помазания страдальца.
Таинство совершали семь иеромонахов. Было что-то необычное. В воздухе чувствовалось особое волнение. При виде происходившего могли разорваться сердца. Посередине церкви лежал одержимый бесом Иларион, привязанный к доске веревками. Этому несчастному монаху мало было нести одну доску, нужны были три. Сейчас же его самого принесли на одной доске, привязанного. Несколько сильных монахов стояли рядом, потому что одержимый был страшно силен и мог разорвать веревки.
Стали молиться, прося исцеления, и святость молитвенная то и дело нарушалась воплями и оскорблениями злого духа.
Молитвы и слезы отцов и сила святого таинства сотворили чудо: ужасный захватчик отступился от Илариона. Страшное испытание окончилось, но гордый монах получил хороший урок, полезный также и многим другим. Все научились чему-то.
И отец Неофит, ученик отца Игнатия, извлек пользу себе из этого опыта. Он сторожил одержимого монаха до помазания. Понимая, что Господь почему-то попустил такое, он спросил: "Злой бес, ты зачем вошел в Илариона?" "Отстань! Ты что себе возомнил? Ты что думаешь, я скажу тебе?"
"Именем Пресвятой Троицы приказываю тебе сказать причину".
"Ха! Ты мне осмеливаешься еще приказывать? Кто ты такой? Ты даже не священник! Я вошел в него, потому что... потому что он гордый".
"Еще приказываю — именем Пресвятой Троицы — скажи мне, что есть гордый человек?"
Под действием этого повеления, неохотно сделал демон такое замечательное признание:
"Что такое гордый человек? Вот что: тот, кто за целые сутки ни разу не подумает, что он грешник, и есть гордый". (Последние слова он резко выкрикнул.)
Эти слова долго звучали в ушах отца Неофита. "Боже мой, — повторял он время от времени, — сохрани меня от гордости". Он навсегда запомнил урок, полученный от демона.
"Бог гордым противится". Богодухновенные слова эти трижды повторяются в Священном Писании (Притч. 3,34; Иаков. 4, 6; 1 Петр. 5,5).
И в "Лествице" сказано об этом: "Гордость есть отвержение Бога" (Слово 23, 1). Слышали мы это много раз и еще раз подтверждают это страдания гордого Илариона, желавшего отличиться, неся две лишних доски, но получившего унизительное отличие.

Источник: Михаил Чернов vsemolitva.ru



© 2012 Православные молитвы. Все права защищены. Разрешается републикация материалов с обязательным указанием ссылки Православные молитвы