Православные молитвы

Старец Каллиник Исихаст

Жизнь в пустыне (окончание)


4. Резьба по дереву
Как и многие другие отшельники, отец Даниил занимался резьбой по дереву. Даже и сейчас можно найти отцов, которые в пустынях Святой Горы практикуют это искусство. Это занятие помогает им преодолевать уныние и является, кроме того, источником доходов.
Константин от своего Старца также научился искусству резьбы по дереву, и это приносило деньги на различные нужды. Он научился превращать необработанные куски дуба, самшита, других деревьев в прекрасно отделанные произведения. Сначала нужно было ручной пилой распилить дерево на узкие полосы. Затем эти полосы отполировать. На гладкую поверхность карандашом наносился рисунок. И, наконец, пользуясь различными точными и острыми инструментами, он вырезал ложки, расчески, ножи для бумаги, крестики, печати для просфор и более сложные произведения искусства, такие как фигурка кого-либо из святых или тонко сработанная сцена из земной жизни Господа.
Отец Даниил был мастером делать деревянные ложки. Чтобы Делать подобные, от его ученика требовалось внимание и — важнее — большое терпение.
Пустынь научила Константина многим утешениям, неведанным им прежде. Его трудолюбие позволило ему достичь высоких успехов в новом ремесле. Различные деревянные изделия, говорящие о его незаурядных художественных способностях, сохранились до наших дней. Одно, которое довелось видеть автору этой книги, принадлежит нынче архимандриту Арсению (Феодорополосу) из Лариссы. Это крест для благословения с изображением Страстей Господних.
Обладая большой выносливостью, Константин не боялся физического труда и способен был выполнять самые тяжелые послушания. Его огромная энергия проявилась в нем с первых дней его жизни в Катонакии. Он заметил, что заросший неровный участок вокруг их каливы причиняет большие неудобства его немолодому наставнику и решил это исправить.
"Старче, сказал он, — благослови меня. Я хочу проложить тропу через густой кустарник, чтобы ты и твои посетители могли ходить свободно".
"Бог тебя прости, чадо," — ответил Старец, радуясь рвению своего ученика.
Тишина пустыни на несколько дней была нарушена стуком топора и звоном лопаты. Дикий кустарник и камни были расчищены, и вот в середине негостеприимной, труднопроходимой заросли появилась аккуратная дорожка.
5. Бесценное наследство.
Примерное благочестие Константина позволило отцу Даниилу безо всяких колебаний постричь его в монаха. Он воспринял имя Каллиник. Старец желал, чтобы конец аскетических борений ученика был в соответствии с именем — "хорошей победой".
Предвидя близкое прощание с временной жизнью, отец Даниил с радостным спокойствием видел, что свой богатый опыт исихаста — наследство, переданное от великих исихастов прежних времен — он оставляет достойному ученику—отцу Каллинику.
Преподобный Григорий Синаит, прибывший на Афон в начале XIV века, зажег там пламя исихазма. Он стал учить богодухновенному подвижничеству, когда посредством полного освобождения ума от суетного, созерцания и умно-сердечной молитвы душа предуготавливается к духовному единению с Богом.
Пламя это, словно драгоценное сокровище передаваемое из поколения в поколение, горело в душе старца Даниила, который сейчас с благоговейным трепетом решился передать его ученику.
С того времени, когда он был посвящен в тайны умной молитвы и созерцательной жизни, отец Каллиник испытывал некое вдохновение, как при Пятидесятнице.
Прежде всего, он должен был понудиться, ясно взглянув себе в душу, смело и решительно изгнать из себя все нечистое, малейший сорняк, всеянный врагом. Только таким путем можно было продвинуться дальше и, восхитив небесный мир тишины, жить господином в храме своей души.
Какую радость познал он! Что открылось пред ним! Какой небесный свет — свет Фавора и Воскресения — встретил его, когда он лишь начал приближаться к Отцу света, Который зрел его издалека, с самого конца пути!
Теперь старец Даниил мог оставить этот мир со спокойной душой. В 1881 году мощи Старца, обернутые старенькой мантией, обрели покой в своем последнем приюте в земле. Неописуема была скорбь ученика, расставшегося с тем, кто был ему дороже всех после Бога, — со своим Старцем.
Он переживал смерть, глаза были полны слез. Как теперь жить без духовного отца? Старец был его духовной сокровищницей, неким духовным банком, из которого в трудные часы душевной брани можно было черпать небесный капитал. Он осознавал, что осиротел, подобно преподобному Симеону Новому Богослову, который оплакивал смерть своего Старца такими словами:
"Ты забрал из этого мира отца моего. Увы! Ты удалил от глаз моих моего наставника, О Человеколюбце, Ты меня оставил Совсем осиротевшим, совсем забытым".

Источник: Михаил Чернов vsemolitva.ru



© 2012 Православные молитвы. Все права защищены. Разрешается републикация материалов с обязательным указанием ссылки Православные молитвы