Православные молитвы

Старец Кодрат из монастыря Каракалл

Добрый духовник (начало)


1. Духовный целитель.
Отец Кодрат обладал редким даром сочетать в себе доброго духовного отца и хорошего управителя делами. Близко его знавшие, свидетельствовали о его отеческом отношении и справедливости суждений. Он всегда сопереживал страждущим и кающимся грешникам.
"То был настоящий рыбак, — говорил нам отец Афанасий. — Умело улавливал души. Насколько строг он был в соблюдении монашеских правил, настолько же был мягок, когда принимал исповеди духовных чад. В голосе его была доброта, милосердие и глубокое сострадание. Он умягчал души, освобождал их от власти страстей, сокрушал препоны эгоизма. Он умел подбодрить кающегося, внушить ему желание открыться, сказать грехи свои, раскрыть сердце, скованное страхом и стыдом. Он утешал, обнадеживал и, самое главное, страдал вместе с кающимся. Наставление апостола: "Радоватися с радующимися, и плакати с плачущими" (Рим. 12, 15), было в основе его пастырских забот. Отец Кодрат оплакивал грехи других словно свои собственные. Он был отец Он часто сугубо молился о кающихся, чтобы Бог утешил его, дал сил и твердости духа, чтобы укрепил для выполнения епитимьи. Иногда говорил в конце исповеди: "Подойди, чадо мое, давай вместе преклоним колени и помолимся, чтобы Христос хранил тебя".
"Однажды, — рассказывал нам монах Афанасий из Ивера, — я был у него на исповеди. Вы представить себе не можете, насколько я был усталым и подавленным. Начал каяться, и отец Кодрат внимательно слушал меня. Внезапно он схватил мою руку, положил ее на свою шею и, склонившись предо мной, сказал: "Сюда, чадо мое, сложи все грехи свои!"
При этом неожиданном его поступке я как бы обрел крылья... Внутри меня что-то произошло. Неземная сила и несдерживаемые чувства возвысили мою душу. Через любовь отца Кодрата передалась мне благодать Божия.
Этот человек привлекал души мягкостью и сочувствием. Вы невольно открывали ему помыслы, каялись в грехах, обнажали глубины своей души..."
Он был добрый пастырь, забывавший в час исповеди себя, чтобы обрести заблудшую овцу и вывести ее на путь спасения.
Еще один из чад его духовных, отец Иаков, хорошо знавший его, с волнением рассказывал нам.-
"Он часто плакал, принимая исповеди, и заставлял грешника каяться.
"Подойди, чадо мое, подойди монах и расскажи, что ты содеял...
Подойди, чадо, вместе сотворим три поклона, да простит тебе Бог грехи твои"".
Он принимал исповеди в месте покаяния — в часовне св. Гедеона.
Его слава распространилась повсюду. Кроме духовных чад его монастыря, приходили к нему на исповедь в течение многих лет отцы святого монастыря Филофей, многие отцы из Ивера, из Лавры.
В святой монастырь приходило также множество мирян, чтобы видеть его, получить его благословение, исповедаться. Он складывал в мешки огромное количество писем, которые получал ежедневно и в которых были исповеди его духовных детей и просьбы наставлений на путь истинный. Много лет спустя, в один прекрасный день он позвал садовника и сказал ему: "Возьми эти мешки и, не заглядывая, сожги их и захорони пепел в углу сада".
Сколько душ избавилось от тяжкого груза грехов своих благодаря этим письмам и, освобожденные, обрели путь в Рай!
Когда-то митрополит Хризостом жил в течение недолгого времени в большой пещере неподалеку от моря в местности под названием Милопотам, поблизости от Каракалла. Он часто навещал отца Кодрата вместе с будущим Патриархом Афинодором, бывшим тогда диаконом. Когда Афинодор уехал в Америку, он многих американцев греческого происхождения посылал на Святую Гору на исповедь и наставления к отцу Кодрату.

Отец Кодрат был подобно курице, с материнской любовью и заботой собирающей цыплят своих под крылышко. И более того, он был как кормилица, по слову апостола Павла: "Быхом тиси посреде вас, якоже доилица греет своя чада. Taко желающе вас, благоволихом подати вам не точию благовествование Божие, но и души своя, занеже возлюблени бысте нам" (1 Сол. 2,7-8).
Отец Андрей, игумен монастыря св. Павла, был духовным чадом отца Кодрата.
"Однажды, — рассказывал он нам, — напало на меня сильное искушение, такое, что заставило меня покинуть мой монастырь. Я ушел и поселился рядом со св. монастырем Каракалл. Дня через два-три отправил сына на исповедь к отцу Кодрату. Открыл ему свою душу, все рассказал. Но был слишком взволнован. Он терпеливо выслушал меня и под конец, казалось, согласился со мной...
"Ты правильно сделал, ты был прав. Но приди ко мне через неделю, чадо мое, и поговорим об этом".
Я поблагодарил его и ушел. Что он думал, я не знал, и узнать хотелось, что-то будет через неделю... Наконец, я вновь был у него, и после того, как мы какое-то время сердечно беседовали, он спросил меня живо: "Выполнишь ли, что скажу тебе?"
"Все выполню, Старче".
"Да? Тогда слушай! Мы положим седло и коврик на осла твоего, и поедешь обратно в монастырь. Вот!"
"Но, Старче, — в изумлении сказал я ему, — прежде Вы говорили, что я прав, а сейчас."
"Да. Но тогда ты был рассержен. Если бы я тогда сказал тебе то, что сказал сейчас, рана бы не зажила, и искушение не исчезло".
Я подивился тому, как искусно он умеет управлять души и восславил Господа, давшего мне такого духовного отца. Принеся покаяние, я с радостью вернулся в монастырь".
Один монах любил тайком поесть. Однажды пришел некий посетитель, который, как было известно Старцу, страдал от такого же порока, и Старец послал его за наставлениями к тому монаху.
"Иди к нему, у него есть опыт, и он поможет тебе".
Был достигнут двойной результат. Монах был пристыжен и осознал свой грех, а посетителю принесли пользу его наставления.
Несравненный отец Кодрат был не только внимательным и замечал все, он также обладал даром духовного рассуждения.
У выдающегося старца Даниила в Катонакии был ученик, роптавший все время на него. Подстрекаемый бесами, ученик этот оставил свою общину. Но Бог не оставил его самого и дал ему мысль пойти за советом к отцу Кодрату. И вот отец Дамаскин (так звали того монаха) просил отца Кодрата порекомендовать ему какого-нибудь добродетельного старца. Отец Кодрат сказал ему: "Что тут думать, отец Дамаскин? Послушай. Если тебе действительно нужен добрый совет от меня, то вот он: иди в Катонакию и найдешь там мудрого Старца по имени Даниил. Пребудь у него в послушании".
Отец Дамаскин был словно громом поражен, ведь он не говорил ему, откуда он пришел, от какого ушел Старца.
"Да, — подумалось ему, — нет сомнений, что Сам Бог устами духовника велит мне вернуться".
В1930 году митрополит Ириней Кассандрский пригласил отца Кодрата поисповедовать у него на приходе. У некоторых епископов есть такое замечательное и полезное обыкновение приглашать исполненных благодати Божией афонских подвижников иеромонахов на свои приходы для совершения таинства исповеди
В одном селе отец Кодрат впал в немилость некоторым жителям, так как привык прямо говорить о семейной нравственности. Будучи хорошим духовником, он ясно и прямо говорил о воли Господней. Он был проницателен и, когда нужно было, проявлял снисходительность, но бывал строг, когда это требовалось.
Мэр того села распорядился, чтобы никто его к себе не приглашал. Но отец Кодрат не боялся властей мирских, он решил затвориться в сельской церкви. И послал мэру следующее сообщение: "Господин мэр, я не о чем Вас не прошу. Кусок хлеба и несколько оливок поддержат мои силы, и я не умру от голода. Изгнать меня из церкви Вы не можете, здесь мое место".
Таким образом, души, искавшие исповеди, находили ее в церкви.
В 1936 году в монастыре появился новый послушник, который никак не мог решить, быть ли ему монахом. Старец сделал все, что мог, чтобы помочь ему, отвлечь от мирской жизни. Он проявлял любовь и доброту, но послушник тот никак не мог отойти от суеты мирской. Он даже читал светскую периодику.
Узнав об этом, отец Кодрат призвал его и сказал: "Чадо, из тебя не получится монаха. Ты в монастыре читаешь мирские журналы? Уходи в мир и живи там. Иди, и да благословит тебя Господь!"
В подобных случаях отец Кодрат помнил слова Спасителя: "Кто бо о вас, хотяй столп создати, не прежде ли сед разчтет имение, аще имать, еже есть на совершение" (Лк 14,28).
2. В часовне св. Гедеона.
Излюбленным местом отца Кодрата была часовня преподобномученика Гедеона — и потому, что в ней жив был дух святого Подвижника, и потому, что в ней царила атмосфера глубокого покаяния. В этой тихой часовне, благоухающей ладаном и мягко освещенной лампадами, он обыкновенно принимал исповеди своих духовных чад.
Он с вдохновением рассказывал своим ученикам о св. Гедеоне
"Он был герой. Он отрекся от Христа словом, но исповедал Его кровью".
Когда молодежь, не знакомая с житием св. Гедеона, с любопытством спрашивала его: "Что это значит?", он с волнением рассказывал о жизни Святого.
"Вот что. Когда он был мал, отрекся Христовой веры и под давлением турок стал мусульманином. Однако позднее осознал, что совершил предательство. И, осознав, ушел на Святую Гору. В течение тридцати пяти лет то был примерный монах в Каракалле. Но в нем росло стремление принять мученичество. Он хотел смыть позор предательства. Испросив благословения старцев, сделав земной поклон, отправился он в Велестино, где притворился сумашедшим, чтобы спровоцировать свой арест турками. После нескольких таких попыток его арестовали. Приведенный к судье, он смело исповедал веру свою и прошел через мучения Ему отрубили одну за другой руки и ноги. Мученичество свое он принял не только с неподражаемым терпением, но и с невыразимой радостью. Поэтому я и сказал вам: "Он отрекся от Христа словом, но исповедал Его кровью". И бойтесь чаша моя, исповедуя Христа словом, отречься от него кровью.
"Но сейчас Христос не требует от нас крови, Старче".
"Напротив. Он требует ее "Отдай кровь и восприми дух" — говорят Отцы. Истинный монах каждый день приносит себя в жертву, умерщвляет волю свою, проявляет послушание, распинается страстям и миру. Мученичество это! Истинный монах — это мученик о имени Христовом и должен исповедовать Христа и устами, и кровью.
Сколько слез пролил отец Кодрат в своей тихой, любимой часовне! За ней есть маленький дворик с единственной скамьей, с которой можно видеть раскинувшееся вдали огромное Эгейское море. Каждый раз, когда он смотрел на это море, вспоминал о тайне любви Господа, и каждый раз тайна эта глубоко его волновала. Тайна вечной любви, напоминающей море без границ, без берегов, и волны его достигали ласково часовни св. Гедеона всякий раз, когда большое сердце, полное любви ко Богу — сердце отца Кодрата, совершало там молитвенные служения.

Источник: Михаил Чернов vsemolitva.ru



© 2012 Православные молитвы. Все права защищены. Разрешается републикация материалов с обязательным указанием ссылки Православные молитвы