Православные молитвы

Старец Кодрат из монастыря Каракалл

Добрый духовник (окончание)


3. Спасение отчаявшегося
Однажды, когда отец Кодрат был игуменом, Святой Афон посетил один паломнике целью исповедаться в своих немалых грехах. Он обратился в Карее к отцу Аверкию, занимавшемуся плетением четок, прося его об исповеди.
Отец Аверкий почел за лучшее направить его в святой монастырь Кутлумуш, что неподалеку от Карей. Там был хороший духовник, очень строгий в соблюдении канонов, не проявлявший снисхождения к немощам.
Паломник тот был в Кутлумуше на исповеди. Вернулся, "яко колеблется трость на воде" (3 Цар. 14,15), унылый, подавленный, в безнадежном настроении.
"Что случилось? Был ли ты на исповеди?" — спросил его отец Аверкий.
"Да, отец, но."
Отец Аверкий посмотрел на него внимательна Он был очень бледен, полон скорби, которая не от Бога, но диаволом вселяется в душу, чтобы подчинить ее себе, овладеть ею.
"В чем же дело? Скажи мне. Что с тобой произошло?"
"Отец, мне не стоит более жить Мне лучше утопиться," — оказал человек тот с болью.
"Но почему? Ты разве не был на исповеди?"
"Я был на исповеди, и духовник сказал, что грехи мои очень тяжкие. Я не знаю, что делать. Что я могу? Я в отчаянии".
Когда отец Аверкий услышал это и увидел скорбь и безнадежность, охватившие душу исстрадавшегося человека, то взял листок бумаги и написал письмо Высокопреосвященному митрополиту Иерофею, подвизавшемуся тогда на кафедре в Милопотаме. Теперь только Владыка сможет помочь, найти какой-то выход для этой души.
Отец Аверкий отдал письмо в руки паломника, сказал несколько укрепляющих слов и направил его к келье Его Высокопреосвященства.
Когда паломник пришел, Владыка был в саду. На нем была простая скуфья, он обрабатывал землю мотыгой.
"Чего желаешь, брат мой?" — вопросил Митрополит отчаявшегося человека, когда тот приблизился с письмом в руках. "Ваше Высокопреосвященство, я хочу просить об исповеди". "Чадо мое, я не принимаю исповеди. Но направлю тебя к замечательному Старцу в монастырь Каракалл. Его зовут отец Кодрат".
Он взял карандаш и бумагу, написал записку отцу Кодрату и отправил этого человека к умудренному опытом врачевателю душ.
По крутой горной тропке, ведущей к монастырю, человек тот скоро добрался до места. Отцы встретили его с любовью и радостью, как встречали они любого посетителя, позаботились о нем. Потом известили о его приходе Старца.
Старец просил его придти в келью игумена, где и встретил кающегося так, словно знал его долгие годы, с отеческой любовью. И человек тот не замедлил сбросить с себя груз, давивший на него с невыносимой тяжестью, со страхом, которого прежде не бывало у него и который, вероятно, был вызван первой исповедью. Он был похож на птицу, на которую идет охота: у нее большие раны, но еще больше ужас. Его опутал диавол, но диаволу не предстояло торжествовать, ибо душа кающегося была уже в руках Христовых, в руках отца Кодрата, который приложил все свое умение, чтобы разорвать узы греха и отчаяния. Душа была в руках лекаря, готового провести операцию и излечить раны милостью и светом Святого Духа.
Паломник увидел в Старце Божиего человека и возрадовался этому безмерно.
"Благий Господь наш даровал естеству нашему и то свойство, — написано в "Лествице" преп. Иоанна,— что больной, видя врача, веселится, хотя, может быть, и никакой пользы от него не получит. Свяжи и ты, о досточудный муж, пластыри, порошки, глазные примочки, пития, губки, и при сем небрезгливость, орудия для кровопускания и прижигания, мази, усыпительные зелия, ножи перевязки. Если мы не имеем сих припасов, то как покажем врачебное искусство?" (Слово к пастырю".)
Отец Кодрат имел все духовные инструменты, которые требуются пастырю.
Больной паломник хотел быстрого лечения, но отец Кодрат не торопился. Он сел рядом с кающимся грешником и создалась атмосфера близости, дружбы и доверия.
"Грешен я, Отче".
"Так. Но я вижу тебя агнцем Божиим. Скажи мне, есть ли у тебя дети? Когда ты пришел на Святую Гору? Чем занимаешься?"
Какое-то время они беседовали, затем Старец надел епитрахиль.
"Подойди, чадо мое, — сказал он ему. — Видишь, вот икона Христа. Ничего не скрывай. Бог все знает, все видит, все слышит. А я такой же человек, как и ты, с такими же страстями. Поэтому наберись мужества".
Ненасильственно, легко вся горечь и боль ушли из сердца человека, ушли через покаяние, в полной уверенности в милосердие Божие, олицетворением которого были для него фигура и епитрахиль Старца. Он рассказал все, искренне каясь. Он плакал. Речь его, его душа, его плачь — все было о покаянном пятидесятом псалме Давида: "Яко беззаконие мое аз знаю, и грех мой предо мною есть выну" (5).
Чего еще может человеколюбивый Господь требовать от человека? Покаяние. Возвращение. Вот единственный путь в Рай, путь, которым прошли и мытарь, и блудница, и разбойник и этой израненной душе Господь открыл тот же путь Своим отеческим попечением через таинство исповеди.
Это происходило на Страстной седмице. Когда отец Кодрат принял исповедь, соболезнуя и плача вместе с ним по своему обыкновению, то, склонясь с любовью к кающемуся, сказал: "Чадо мое, Господь видит покаяние твое и слезы твои. Поэтому слушай. Сегодня Великий Четверг, и все отцы постятся, дабы принять Святое Причастие. Останься здесь на эти дни. В чистых святых окрестностях монастыря тебе будет лучше. Помолишься вместе с нами, попостишься и примешь Причастие. Я сам буду совершать Литургию и причащу тебя. Грехи твои прощены. Больше не греши".
Радость человека по окончании исповеди мы не в состоянии описать. Все вокруг него было пронизано светом мира и прощения, и милости Господа. Он был направлен ко спасению. И радость отца Кодрата, направившего ко спасению еще одну жизнь человеческую, уже было потерпевшую крушение, была подобна радости Христа, когда Он находит заблудшего, подобна радости небесной о кающихся грешниках.
4. Духовное наследство.
Опыт и наставления отцов, прошедших через подвиги монашеской жизни, а особенно опыт и наставления духовных наставников, представляют собой бесценное духовное наследство для последующих поколений монахов.
Отцы Святого Афона с благодарностью вспоминают мудрые и живые слова отца Кодрата. Они великодушно поделились с нами тем, что сохранила их память, и мы можем воспроизвести здесь его поучения.
"Чадо, жертвуй собой. Никогда не пренебрегай ни службами, ни уставом. Постись по понедельникам, средам и пятницам, ибо пост сокрушает сердце человека".
"Некие заявляют, что в Священном Писании ничего не сказано о посте. Напротив! Первое повеление о пощении и умеренности было дано еще в Раю. Моисей постился, чтобы получить Скрижали Завета. И мы тоже должны поститься, если хотим, чтобы и нам открыт был Закон Божий. Пророк Илия постился. Сам Гоcподь сорок дней постился в пустыне".
"Вам необходимо молиться. Чем больше человек отдает себя молитве: "Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешного," тем ближе он приближается к Небу и возвышается над землей".
"Отцы, блюдите ночные бдения. Мы, монахи, должны подражать ангелам, а ангелы не спят и славят Бога".
"Совершайте суточное правило, — обращался он к монахам. ^И — Каждый день восходите, как по острию, но понудьтесь не падать".
"Усердно относитесь к послушанию в кириаконе (главной церкви монастыря). Старайтесь приходить первыми. Никого не обвиняйте. Делайте свое дело, не выясняя, чем заняты другие братия".
"Отец Максим, знай, что приходящие подвизаться в монастыре должны иметь усердие, рвение, огонь, чтобы пребыть там до конца".
Он часто говорил о двух вещах: первое — что в начале монашеской жизни необходима пламенная любовь и самоотверженная решимость; и второе — что позднее, когда монаха станут злобно атаковать враги, нужно поддерживать ту первоначальную пламенную решимость и стремление, которые возжег Господь".
"Максим, Максим, когда человека посещают искушения, их должно отрезать отсюда (и он показывал на свой рот, желая показать, что необходимо воздерживаться в пище и упражняться в воздержании). Молодой человек, у которого много сил, должен делать, если может, и по тысяче земных поклонов. Когда же он состарится и не способен будет больше на такое, тогда то, что он совершил в молодости, сослужит ему".
"Молитвой: "Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешного," молись. Это единственное лекарство для монаха".
"Чем более смиряешь себя, тем более возвеличиваешься. Не возгордись, если получишь сан. Наши способности — не наша заслуга, но дар Божий".
"Знаешь ли ты, каким должно быть монаху? — Подобным мертвому. Оскорбляют ли его, хвалят ли, бьют ли — он хранит молчание".
"Отцы, — частенько говорил он. — Послушание — это великое смирение. Пребывший в послушании войдет в Рай. Не пребывший будет из Рая изгнан".
Св. Симеон Новый Богослов пишет, что тот, кто "достаточно верит" в отца своего духовного, при виде его чувствует, что видит Самого Христа, и, следуя за ним, верит, что следует за Самим Господом. "Потому что же величественнее и благотворнее и в
настоящей жизни, и в будущей, чем быть со Христом?" И когда он слышит слова своего духовного отца, это так, словно слышит он Самого Христа. "И если он удостаивается наставлений от него, то когда-то через это обретет жизнь вечную". И потому слова духовных отцов наших имеют непреходящую ценность. Они отзвук гласа Христова.

Источник: Михаил Чернов vsemolitva.ru



© 2012 Православные молитвы. Все права защищены. Разрешается републикация материалов с обязательным указанием ссылки Православные молитвы