Православные молитвы

Старец Савва

Чада пустыни (окончание)


5. Между Небом и землей.
Жизнь в пустыни двух отшельников раскрывается перед нами, как цветущая ветвь, на которой каждый благоухающий цветок — это нечто священное из их жизни. Мы видим чудеса святого послушания, пророчества, неотмирные откровения, показывающие нам, что в пустыне темная завеса мира отдергивается и открывается Небо.

Сердца их особенно волновало приближение пасхального таинства Божественной литургии. Вскоре оделся в облачения священнические и отец Савва, и ритм литургической их жизни усилился. Мелкие события, сохраненные для нас историей, свидетельствуют, что "паря над сотворенным миром", они сослужили у Небесного Алтаря совершающим богослужения. В одной из следующих глав мы расскажем о том.

Пережить встречу с бешеной собакой, у которой глаза горят яростью, которая издает страшное рычание и рвет все на своем пути — ужасно. Повсюду можно встретить взбесившуюся собаку, даже и в таком месте, как калива отшельника.
Однажды такой нежданный гость появился в кафисме Брата Господня. И что же предпринял отец Иларион?
"Отец Савва, — позвал он, — видишь ту собаку? Поймай ее быстренько и приведи ко мне".
И добродетель послушания, добродетель священного послушания подверглась серьезному испытанию. Возможно, кто другой и отступил бы, но не отец Савва.
"Благослови, Старче! И помолись..."
Отгоняя страх, вооружившись верой в чудодейственность послушания, он перекрестился, взял благословение и пошел прямо к собаке. "Послушание укрощает даже диких зверей," — пишут Отцы. И действительно, он не только не пострадал, но и исцелил еще взбесившееся животное.

Однажды отец Савва тяжело заболел. Много дней держалась у него высокая температура, и состояние не улучшалось. Тогда Старец решил прибегнуть к оружию монашескому — к святым четкам. Он верил, что Господь услышит его моление. И вместе, хотел также, чтобы исцелению помогла и добродетель послушания. Так что же?
В их прибежище росли оливы, лук, бобы и другие растения. Он с некоторыми из этих плодов приблизился к больному.
"Отец Савва, — сказал — прими эти лекарства и поправишься".
Отец Савва чуть было не засмеялся, увидев такое "лекарство", но тут же понял серьезность происходящего и, словно послушный ребенок, съел все принесенное. И не было от того вреда, но было исцеление (позже доктор, которому все рассказали, был немало изумлен).

Иоанн Ремундос, молодой студент политехнического института, родившийся в Андросе, приехал вместе со своим братом в монастырь Дионисиат, желая стать монахом. Через несколько дней его приняли, а брату велели отправиться в другую обитель. На следующий после грустного расставания день Иоанн, идя по послушанию на работу на мельницу в лесу, решил навестить двух отшельников, чтобы познакомиться с ними и получить у них благословение на свою новую жизнь.
"Подойди сюда, чадо," — вдруг услышал он незнакомый голос. Это был отец Иларион, сидевший у входа в келью. "Добро пожаловать!" И после приветствия Старец продолжил:
""Тебе нужно быть терпеливым и послушным. Не грусти о расставании со своим братом. Сегодня он отправится в святой монастырь Ксенофонт, а позднее станет там игуменом".
Юный послушник был изумлен, так с ним еще никто не говорил. Ему почудилось, что он разговаривает с кем-то из библейских пророков.
"Подойди сюда, чадо, и почти св. Иакова. Трижды поклонись земно и приложись к его святой иконе".
И с отеческой любовью похлопав его по плечу, отец Иларион сказал:
"Ты должен особенно любить этого Апостола, чье имя носишь. Он твоя надежная защита".
Но, снятый Отче, меня не Иаковом зовут".
"Да, чадо мое Иоанн, но ты будешь Иаковом. И позаботься о том, чтобы до дня твоего пострига никто, кроме тебя, не знал, что я, глупый старик, сказал тебе сегодня".
Когда Иоанна нарекли отцом Иаковом, а брат его позднее стал игуменом Ксенофонта, можно уже было не опасаться, что отца Илариона одолеет тщеславие, ибо отошедшие от этой жизни не подвержены таким искушениям.

Для России 1854 год был годом волнений и трудностей. Начав войну с Оттоманской империей, она терпела военные поражения. Россия вынуждена была сражаться не только с турками, но также с англичанами и французами — с большой армией врагов. Крымский полуостров стал местом ожесточенных боев, Севастополь находился в осаде. Будущее казалось мрачным.
В таких ситуациях Русские Цари всегда обращались за помощью к святым старцам, подобно как Цари Израильские в свое время — к пророкам. Парусный корабль с офицерами Государя Николая I прибыл по такому случаю в поисках угодника Божия на Афон и бросил якорь у монастыря Дионисиат. Они искали отца Илариона. Когда офицеры пришли к нему, стали выспрашивать об исходе войны. Смиренный Старец не хотел, чтобы его почитали пророком, но офицеры, зная о духовной силе этого человека, не отступались. И чем дольше он отказывался сказать им что-нибудь, тем больше они настаивали. Три дня стоял корабль у монастырской пристани. Наконец, Старец уступил. Взяв в руки четки, он обратился ко Богу, Господину времени и вечности, моля дать ему ответ.
"Россия перенесет трудности, она не победит, но и территорий не потеряет".
Вот что узнал Русский Царь об исходе Крымской войны (1854 — 1855), и будущее подтвердило правильность предсказания Старца из афонской пустыни.
6. Расставание.
С годами отец Иларион становился все светлее и телом, и душой. Волосы его были седы, манеры и речь приятны, святая ангельская доброта переполняла его. Белоснежные волосы и борода и чистая душа его напоминали слова евангельские: "возведите очи ваши, и видите нивы, яко плавы суть к жатве уже" — "Возведите очи ваши и посмотрите на нивы, как они побелели и поспели к жатве" (Ин. 4,35).
Он подвизался долгие годы, просветляясь умом и, исповедуя, освещая умы других. Он поднял и ученика своего на высоты добродетели, он прославил имя Господа и поддерживал мир молитвами своими. От него исходило духовное благоухание "якоже корица и яко аспаларъ араматов" (Иис. Сир. 24,17). Теперь оставалось только снять урожай обильных гроздьев виноградных и возложить их на локо Торжествующей Церкви.
В начале Великого Поста отправился он в монастырь св. Пантелеймона исповедывать братию. И там 14 февраля 1864 года ангел смерти встретил его и препроводил его душу ввысь, в светлую Страну Радости.
Но прощание всегда печально. Великая скорбь охватила душу отца Саввы, который среди других монахов был тогда в русском монастыре. Они потеряли своего отца. Смерть такого высокодуховного человеканевосполнимая потеря; она вызывает не только скорбь, но иногда даже отчаяние. Слышались и громкие воздыхания: "Зачем, Отче, оставил ты детей своих, которых всегда так любил и пестовал?"
Подобно прочим Богоносцам, отец Иларион предвидел свою кончину. Предвидел он и то, что русские станут почитать его и поместят его останки среди святых мощей. Великая скромность побудила его предпринять шаги, препятствующие этому: он распорядился, Чтобы отец Савва не дал похоронить его в русском мойастыре, но похоронил в Иверской келии Богослова — месте его первого покаяния.
Но Старец, как сам и предсказал, опочил в монастыре св. Пантелеймона, и отец Савва не знал, как исполнить его последнюю полю. Отцы русского монастыря были непреклонны. Не зная, что еще сделать, однажды ночью, когда все было тихо и никто его не мог видеть, он забрал останки Старца из монастыря, перенес и похоронил их в тихой Иверской келии св. Иоанна Богослова. И благость любимого ученика Христова овевала святые останки блаженного Илариона. Он с миром упокоился в месте своего аскетического подвига, в той земле, которая была полита его потом, а теперь орошалась неудержными слезами его ученика.
А через три года, в 1867 году, волна любви всколыхнула Дионисиат. С большой торжественностью мощи приснопамятного отца Илариона были перенесены на кладбище монастыря.
В свое время отец Иларион сделал отцу Савве следующее распоряжение: "Когда мои кости выкопают, отнесите их на кладбище монастыря Дионисиат и смешайте с костями других отцов".
Чадо смирения не хотел, чтобы его кости были выставлены отдельно для почитания, но хотел, чтобы их смешали с костями других. И потому среди почитаемых мощей других Отцов появилось новое бесценное сокровище. Мощи его, вместе с мощами более поздних праведников, ожидают времени, когда труба Архангела воскресит их. "И кости ваша яко трава прозябнут" (Ис.66,14).

Заключая наш рассказ о житии чудного отца Илариона, мы должны отметить, что на Афоне имя его окружено славой. Многие из старшей братии рассказывают о нем случаи, которые не знаешь, куда и отнести — к истории ли или к легенде. Некоторые из них, подобно нижеследующему, свидетельствуют о напряженности его аскетических борений.
Однажды старец Иларион затворился в башне — в одной из тех башен, что были построены на Святой Горе для защиты от набегов пиратских. Он возжелал полностью отгородиться от внешнего мира и полностью погрузиться в свой мир внутренний. Старец взял себе за правило никогда не поднимать глаза и не выглядывать из окна: ничто внешнее не должно было отвлекать его ум от молитвы и созерцания.
Но злые бесы, вековечные враги подвижников, замыслили заставить его нарушить это правило. Когда он душою возносился ввысь, в сферы духовные, они собирали свой кагал у подножия башни за дверью и неожиданно начинали кричать: "Где ты, старец Иларион?" Кричали, стучали по двери и вообще устраивали шум. Тогда отшельник невольно, думая, что что-то случилось, прерывал молитвы и с тревогой выглядывал в окно. И бесы сразу же начинали кричать от удовольствия, бить в ладони и восклицать: "Мы победили тебя, старец Иларион! Мы тебя победили!"
Но целью их была не эта "победа", а низведение его с пути подвижнического и погубление его души, чего им никак не удавалось. И, в конце концов, победителем стал он, как позже — и его достойный ученик.

Источник: Михаил Чернов vsemolitva.ru



© 2012 Православные молитвы. Все права защищены. Разрешается републикация материалов с обязательным указанием ссылки Православные молитвы