Грех в Православии

Грех в Православии

В Библии понятие «грех» встречается 497 раз, от: «...если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит...» (Быт. 4,7), до «...чтобы не участвовать вам в грехах...» (Откр. 18, 4).

Слово Спасителя:

Всякий, делающий грех, есть раб греха (Ин. 8, 34).

Слово Апостола:

Возмездие за грех - смерть (Рим. 6, 23).

Слово пророческое:

Всякий верующий в Него (Иисуса Христа) получит прощение грехов именем Его (Деян. 10, 43).

Желающих узнать богословский ответ на этот вопрос отсылаем к статье из Богословского энциклопедического словаря, помещенной в Приложении III. Ну а мы постараемся ответить на него как можно проще и в то же время подробнее.

Вся сложность христианского понимания греха в том, что явление это многоплановое: с одной стороны - дело, с другой - состояние (страсть). Дело же может быть совершённое, а может быть помысленное. Но, кроме того, на грех можно смотреть и как на противление Господу, как на оскорбление Его любви к нам. Справедливо также называют грех «духовным ядом», отравляющим, убивающим нашу душу... Итак, попробуем во всем этом разобраться.

Согласно определению «Толкового словаря» Даля, грех - это поступок, противный закону Божию. Но что же такое закон Божий? Что знает об этом сейчас большинство людей? Проверить это не сложно - спросите первого встречного на улице: «Скажите, пожалуйста, как Вы считаете, что такое грех?» Девять из десяти ответят, крепко подумав: «Ну, убить, если кого...» Еще подумав: «Родителей когда обижают», иногда добавят, но уже с ноткой сомнения: «Украсть, наверное, чего-то там...» И что характерно, редко-редко, почти никогда не вспомнят о грехе блуда - так привыкли к тому, что это не блуд, а секс - «законно-спортивный» элемент жизни. Такое представление о грехе опирается на крайне скудное, где-то краем уха слышанное знание о десяти заповедях ветхозаветного закона, данного Богом Моисею на горе Синай: не убий, не укради и пр. Ну что же - знать этот закон (десятисловие, или декалогий) необходимо: это фундамент не только христианской, но и всей общечеловеческой духовности и морали. И знать, конечно, нужно не только пятую и шестую, а все заповеди. Знать, понимать, руководствоваться ими,- но и это еще не все. Дело в том, что наш новозаветный христианский закон неизмеримо более глубок: кроме «грешен словом и делом» он имеет еще одно измерение - «и помышлением». Вот что говорит Сам Христос в Евангелии от Матфея: «Вы слышали, что сказано древним: "Не убивай; кто же убьет, подлежит суду". А Я говорю вам, что всякий гневающийся на брата своего... подлежит суду..." Вы слышали, что сказано древним: "Не прелюбодействуй". А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5, 21-22; 27-28). Вот ключевые слова: «Прелюбодействовал в сердце своем», - т. е. грех из сферы действий, поступков переводится в сферу состояний, чувств. И здесь - колоссальный сдвиг в понимании! Если большинство из нас могут спокойно сказать: «Нет, никого не убивал», а кое-кто даже сможет без лукавства признать себя непричастным к греху блуда, то увидим ли мы такого человека, кто искренне скажет: «Гневаться, раздражаться, обижаться? Осуждать кого-либо? Иметь нескромные, нецеломудренные мысли? - Нет, со мной этого никогда не бывало!»? Думаю, что не увидим, а если и увидим, - то можно без сомнения утверждать, что встретили мы человека с абсолютной душевной слепотой. Так что, друзья мои, приходится признать - воистину все мы «в бездне грехов валяемся»: ведь не проходит дня, часа, а то и минуты, чтобы не согрешили мы раздражением или нечистыми мыслями, осуждением или завистью, праздностью или унынием и т. п.

Что порождает грех?

Итак, мы разобрались, что грех может быть «делом», а может быть «помышлением». Ну а теперь заглянем глубже. Что порождает грех? Источник его лежит в самых глубинах нашей души — в том, что называется страстью. По определению «Полного церковно-славянского словаря» страсть (— пафос) — это «сильное желание чего-либо запрещенного», т. е. желание совершать грех. Сама по себе страсть есть уже грех — «грех состоянием», но это и потенциальная возможность совершения греха делом, воплощения его в конкретном поступке. Так, страсть сребролюбия (любовь к деньгам, богатству), при непротивлении ей и при способствующих внешних обстоятельствах, может реализоваться в грех воровства; страсть раздражительности — в грех рукоприкладства (побои, драка); страстное состояние отчаяния — в грех самоубийства. Как мы видим, все эти грехи — воровство, рукоприкладство, самоубийство и прочие — коренятся в соответствующих страстях. Но дело в том, что и сами страсти эти также есть грехи, более того, именно они — страсти — и есть грехи «в первую очередь», ибо, постоянно гнездясь в душе человека, побуждают его к совершению грехов делом — к падениям. Поэтому грехи делом не только вторичны по происхождению, но и гораздо легче преодолеваемы на практике (удержать себя от воровства, к примеру, гораздо проще, чем удержать свою душу от страстного желания приобретать материальные блага). Искоренение страстей — основное содержание православной аскетики. Святые отцы учат, что источник страстей - искушающая душу человека бесовская воля; почва для их произрастания - зараженная первородным грехом падшая природа человека; сила, противостоящая страстям, — свободная воля богоподобной человеческой личности; оружие для борьбы со страстями преподается Православной Церковью. Однако все это уже тема отдельного, большого разговора.

Здесь же мы приводим только перечень основных страстей (по мере возрастания их опасности для души), как они определяются святыми отцами Церкви, — с противопоставлением им соответствующих добродетелей.

Страсть

  • чревоугодие
  • любодеяние (блуд)
  • сребролюбие
  • гнев
  • печаль
  • уныние
  • тщеславие
  • гордость

Добродетель

  • воздержание
  • целомудрие
  • нестяжание
  • кротость
  • терпение
  • трезвение (духовная собранность)
  • смирение
  • любовь

Действие греха

Теперь рассмотрим, каково же действие греха на душу человека.

С одной стороны, как мы уже говорили, грех постепенно умерщвляет душу, «отравляет» ее собой. Если угодно, действие греха можно сравнить с действием радиации на тело человека. Это «духовная радиация», постепенно, но неуклонно разрушающая душу. А душа должна не только кое-как существовать, прозябать — она должна развиваться, формироваться; она должна успеть приготовиться и созреть ко времени перехода в вечную жизнь. Так плод в материнском чреве созревает, готовится к рождению в мир. Беда, если мать в это время помышляет только о развлечениях или о том, например, чтобы выгодно подработать на каком-нибудь токсичном производстве. О печальных последствиях этого не хочется и говорить... Безумной назовут такую нерадивую мать большинство нормальных людей — и будут правы. Но прав и Предтеча и Креститель Господень Иоанн, который нам, нормальным людям, сказал: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3, 2). Прав Господь наш Иисус Христос, Который сказал: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то [богатство], что ты заготовил?» (Лк. 12, 20).

Все мы, дорогие, так сказать, «беременны» душой: носим, вынашиваем ее для рождения в будущее Царствие,— но помним ли мы об этом? Заботимся ли о ней? Или отравляем ее «токсинами» грехов, угнетаем ее тяжким грузом своих страстей, собственноручно обливаем ее «грязью духовной»?

Убийство души (а Святые отцы говорят, что душа может омертветь еще при жизни тела) — вот тот фатальный исход, к которому приводит легкомысленное отношение ко греху, привычка жить во грехах — извиняя самого себя тем, что «все так живут». Предупреждая нас от этого пагубного самооправдания, Господь учит: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф. 7, 13-14).

С другой стороны, совершаемый нами грех — это нанесение прямого оскорбления Богу. Ведь Сам Христос открыл людям, что Бог для каждого из нас не некий непознаваемый Абсолют, абстрактный принцип, но «Отец наш Небесный». ОТЕЦ! Вдумайтесь в это! Ведь именно это делает христианство религией любви, а не закона! Но такое высокое отношение требует взаимности — не только бесконечно милосердной и долготерпеливой заботы Отца о своих страждущих чадах, о каждой человеческой личности, но и нашего достойного, сыновнего отношения к Небесному Отцу — дайте «Божие Богу» (Мф. 22, 21).

Грех есть непослушание Воле Божией. Но не является ли оскорблением для земного, во плоти человеческой, отца, упорное, злонамеренное, нераскаянное непослушание его воле, его указаниям, просьбам, его авторитету? Не тем ли более — непослушание воле Небесного Отца? И если земной отец, испробовав все средства увещевания и вразумления, в конце концов не только имеет право, но и обязан прибегнуть к наказанию,— то не вынудит ли, в конце концов, небесная справедливость отступить небесное долготерпение? Как говорят в народе: «Бог долго терпит, да больно бьет».

Еще страшнее выглядит ситуация, если мы посмотрим на нее с точки зрения искупительной жертвы Спасителя — Его добровольной крестной смерти за грехи мира. Все скорби мира, включая и непреодолимое человеком проклятие смерти, есть последствия греха, берущего начало от грехопадения прародителей Адама и Евы. Христос вочеловечился, чтобы это проклятие преодолеть, чтобы превратить смерть из кошмарного тупика в дверь, ведущую в лучшую, совершенную жизнь, изначально уготованную Богом человеку по его сыновнему достоинству. Христос Сам, будучи совершенно чист даже от тени греха, добровольно взял на Себя все последствия греха вплоть до смерти, «смерти же крестной» (Фил. 2,8). Он «отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века» (Гал. 1, 4). Спаситель, распявшись за нас, сделал возможным искупление грехов для всех людей, ищущих Царствия Божия, — от Адама до последнего человека последних времен. И таким образом мы, совершая грехи, вновь и вновь становимся соучастниками Его распинания. О, ужасное зрелище! Одну руку все время просительно протягиваем к Распятому Христу с молением (если не с требованием): «Дай нам то, дай это, помоги, защити нас», — а другой рукой — молотком по гвоздям, пронзающим Его пречистое тело! Поистине, невыносимая картина. Кажется, как можно жить, если так это все видеть? Ведь избавиться в нашем скорбном мире от греха невозможно: («...несть человек иже жив будет и не согрешит») — с грехом можно только бороться; но как с этим сосуществовать: с «грехом — ядом», с «грехом — оскорблением», с «грехом — распинанием»?! Однако, хотя действительно «человекам это невозможно» — «Богу же все возможно» (Мф. 19, 26).

И становится это возможным потому, что существуют два великих понятия, два ключевых момента в отношениях Бога к человеку и человека к Богу: милосердие и покаяние. И реально объединяются эти два понятия во единое действие — в церковное Таинство Покаяния, или Исповеди.

Читайте также

© Михаил Чернов vsemolitva.ru

Подпишитесь на рассылку

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here